Литературные исследования


SAVING THE APPEARANCES (СОХРАНЯЯ ОБЛИКИ)

Начиная с этого текста здесь будут последовательно (и надо надеяться, регулярно) появляться изложения глав книги Барфилда «Saving the Appearances». Книга вышла впервые в 1957 году. Практически оставшись без внимания на родине автора в Англии, она была воспринята с некоторым энтузиазмом в США, издана там в 1965 и позднее переиздана. Барфилд подробно излагает здесь свою основную идею, к которой впервые пришел задолго до пятидесятых годов: идею эволюции человеческого сознания от состояния «первичного соучастия» с окружающим миром (природой) к нынешнему состоянию отделенности от этого внешнего мира и обретению само-сознания, и к возможности двигаться дальше – к состоянию «конечного соучастия», становясь со-творцом мира, а не только его творением. Такое понимание эволюции сознания ведет нас к тому, что и эволюция Земли, как она ныне понимается, должна быть понята иначе, как и многие другие утверждения современной науки.

Идеи Барфилда могут быть трудны, главным образом потому, что идут вразрез с «обычным», средним миропониманием, а это среднее миропонимание вполне устраивает большинство населения Земли, задумываются ли они о таких философских материях или не задумываются. Да и язык его не прост. Чтобы его понять, нужна определенная воля в мышлении, о чем в наше время уже много написано в книгах, которые были доступны Барфилду, и тех, которые появились позднее. С другой стороны, книга все-таки написана более полувека назад, и с тех пор, да и до того появлялись книги со сходными идеями, а это часто бывает поводом для легковесного отбрасывания или столь же легковесного уподобления. Идеи эти могут казаться ложными или, наоборот, слишком общими (просто написанными сложным языком). Общеизвестными или общедоступными книги О.Барфилда пока не стали. Цель настоящей работы – возникновение критики книг и идей О.Барфилда, критики, не отрицающей все с порога, и не восхваляющей заочно, но состоящей в осмысленном разборе.

ПРЕДИСЛОВИЕ К ПЕРВОМУ ИЗДАНИЮ (1957).

Бывают времена, - пишет Барфилд, – когда людям не столько требуются новые открытия, сколько иной угол зрения, иной ракурс.

Как во многих своих книгах, Барфилд начинает с образного примера: нарисуйте на листе бумаги прозрачный куб («коробку»), проведите по рисунку рукой, и сможете увидеть эту коробку в обратном ракурсе, словно перевернутой – внешние грани становятся внутренними и лежит она совсем по-другому. Вот так же автор надеется, что можно будет «провести рукой» по предметам внимания и идеям, устоявшимся в сознании западного человека за последние 3-4 сотни лет (Восток, как замечает он, сейчас тоже быстро движется в этом же направлении). Той самой «вспомогательной рукой» будет при этом служить неотступное незабывание, твердое следование тому, что говорит нам наука (физика) о том, как соотносятся сознание человека с одной стороны и знакомый, привычный, окружающий нас мир – с другой.

Первые три главы посвящены именно этому. Физика (физическая наука) давно твердит нам, что существует огромная разница между тем, что эта наука исследует, т.е. тем, как мироздание, включая Землю, по-настоящему устроено, и явлениями или видимостью, как это настоящее строение явлено обычному человеческому сознанию. Вполне сообразно этому, философия (по крайней мере, начиная с Канта) утверждает, что сознание человека в значительной мере участвует в создании или возникновении этих явлений. Об этой разнице мало говорят в академических кругах и совсем мало – за их пределами. Происходит это в основном по двум причинам. Одну можно назвать упущением, другую допущением. Упущение касается того, что эту разницу принято не замечать во многих областях за пределами физики: в истории Земли, в истории языка, в истории мысли. А допущение есть молчаливое предположение, что психологическое соотношение человека и природы всегда было и есть одинаково с момента появления человека на Земле.

Так люди обычно и поступают, - пишет автор. Физики продолжают изучать неявленный нам атомарный мир, который от мира явленного отделяет пропасть, а философы удовлетворяются «метафизическим курьезом», который мы сами и создали. Однако, - продолжает он, - это ведь не обязательно. Можно и серьезно присмотреться к этой пропасти и перестать все время про нее забывать. Тем более, что и явленная и неявленная структуры – это есть предмет рассмотрения, то есть, некая материя (matter), а значит, вполне релевантно говорить о соучастии сознания и в ее создании.

Большая часть книги состоит в попытке «залечить» упущение, но упомянутое допущение тоже при этом затрагивается.

Тем самым, вся книга есть очерк истории человеческого сознания, особенно сознания нынешнего западного человечества, примерно в последние 3000 лет. И поскольку автор считает, что отказавшись от названного выше допущения, мы придем к значительным последствиям, то три последние главы написаны в гораздо более теологическом (богословском) ключе, с пристальным вниманием к тому, что значит это «соучастие», теперь уже как исторический процесс, в появлении, предназначении и судьбе человека на планете Земля.